Он владел единственной частной командой Формулы-1, побеждавшей на этапах чемпионата мира, и назвать Роба Уокера просто хозяином язык не поворачивается. Это была фигура в британском автоспорте, не менее значимая, чем Джон Купер или Колин Чепмен.
Чемпион аллеи
Роб заболел скоростью в семь лет на гонках в Булони. Три события предрешили судьбу парня: во-первых, в основной гонке победил его однофамилец Шенар Уокер, во-вторых, муж привлекательной дамы, сидевшей рядом с ним, выиграл гонку поддержки, и, в-третьих, его прокатили по трассе на такси «с гоночной скоростью».
Но по-настоящему все началось, когда к 10-летию Робу подарили настоящий Morris. Подъездная аллея к дому Уокеров стала полигоном. Уокер-младший сам обучался вождению, а когда стало получаться — приобрел Austin.
Это был первый купленный и собственноручно «подготовленный» к соревнованиям автомобиль: «Я ослабил рессоры, чтобы кузов опустился ниже и выглядел гоночным, и решил установить рекорд подъездной аллеи. Для торговых агентов наступили тяжелые времена. Мама тоже была в ужасе, когда видела висящий на дереве автомобиль и уничтоженный забор». Оставалось дождаться, когда закон позволит выехать чемпиону аллеи на улицу.
5 фунтов
В шестнадцать в Англии можно было управлять «трехколеской». И она, конечно же, сразу была приобретена. Это был Morgan, стартовавший в Бруклендсе. За ним числилось семь смертельных аварий, но эти мелочи Роба не смущали.
А год спустя на сверхмощной Lea Francis Роб начал карьеру гонщика. Машина была столь же ненадежной, сколь и быстрой, и мать Роба, которой надоело оплачивать счета отпрыска, начала роптать. Миссис Уокер поставила ультиматум: «Ты можешь иметь любую машину, но не гоночную».
И к 21 году у него уже был 21 автомобиль. Самым «негоночным» был громадный Rolls-Royce, но езда на нем не приносила удовольствия. Самым же гоночным — 3,5-литровый Delahaye 1936 года выпуска из гаража легендарного принца Бира. Роб «получал образование» в Кембридже, где ничем, кроме гонок, не занимался. На своем Delahaye он стартовал, где было возможно, ставя на себя 5 фунтов. И нередко удваивал эту сумму.
Итог подобного образования — «общая» степень на курсе, созданном для университетских спортсменов. Провалив экзамен, Уокер отправился на тренировки в Ле-Ман, где получил телеграмму, подтверждавшую присвоение ему ученой степени. «За телеграмму нужно было заплатить пять фунтов. Это было слишком. Я согласился принять свою степень много лет спустя при условии, что она будет бесплатной».
Гонщик в костюме
Старт в Ле-Мане 1939 года для Уокера был важнее любой ученой степени. Ведь финансировал участие его экипажа сам граф Хейден — представитель Delahaye в Британии.
Подобного пьяницы свет не видывал. Боксы команды были заставлены шампанским. Всю гонку, а за рулем почти сутки провел Уокер, верные механики пьянствовали. За 4 часа до финиша они зазвали Роба в боксы. Никто и не собирался менять отказавшие тормоза. Просто осталась последняя бутылка, а «бойцов» мучила совесть: они не могли не поделиться со своим пилотом.
Уокер финишировал восьмым, уступив в классе только заводскому Delahaye, и вошел в историю как гонщик, проехавший Ле-Ман в деловом костюме. Перед финишем он совершил еще один пит-стоп, чтобы сменить спортивные коричневые туфли на черные вечерние, и после финиша отправился на вечеринку.
Смена амплуа
В том же 1939-м оспаривалось звание быстрейшего спортивного автомобиля в Англии. Претендентами были: Alfa Romeo 2,9 Mille Miglia, Darracq и Delahaye. Все решила гонка в Бруклендсе: победила Delahaye с Артуром Добсоном за рулем. Та самая, на которой Роб Уокер выступал в Ле-Мане.
Он посчитал, что Добсон быстрее. Так, сам того не сознавая, Уокер начал карьеру самого успешного владельца частной команды. А карьера гонщика закончилась 25 мая 1940 года, когда Роб обвенчался. Жене Бетти он пообещал больше никогда не участвовать в гонках. За исключением спринтов и подъемов на холм. Для джентльмена это и не гонки вовсе.
В 1949-м команда R.R.C. Walker с изрядно постаревшим Delahaye явилась в Ле-Ман, но ночью машина не выдержала. Подшипники в ней не менялись еще с того, первого марафона. С гонками спортивных автомобилей было покончено. Роб Уокер отправился покорять Формулу-1.
Это несерьезно!
Была найдена мастерская, механики и куплен Aston-Martin DB2, на котором Джордж Абекасси, Питер Коллинз, Эрик Томпсон, Рой Сальвадори и Тони Ролт стартовали в гонках, не входящих в зачет чемпионата мира. А первые успехи команде принес Delage 1927 года. Уокеру удалось приобрести два таких автомобиля. Их рядные 8-цилиндровые двигатели не выдерживали нагрузок, и Роб подготовил мотор ERA. Это был прорыв. В Гудвуде Ролт стал третьим, вслед за Фариной и Фанхио.
В 1953-м Уокер купил Connoght. Из 31 старта на нем Ролт выиграл 16, 7 раз был вторым и 5 — третьим. Но в единственной гонке чемпионата мира, в которой команда стартовала, результат был нулевым. Сильверстоун сине-белой машине, выкрашенной в цвета св. Эндрю, не покорился ни разу.
Светлая полоса началась в 1956-м. В команде появился один из первых Cooper, пилотом которого стал Тони Брукс, а механиком — Альф Френсис, работавший со Стирлингом Моссом. Несмотря на несколько побед, появление R.R.C. Walker Racing Team на Гран-при Монако следующего года всерьез никто не воспринял. Крошечный Cooper, пусть даже модернизированный, с новым мотором и поддержкой отца и сына Куперов, не выглядел фаворитом. К тому же пилот команды австралиец Джек Брэбэм в квалификации повредил машину.
Следующий день принес сенсацию. Брэбэма допустили на старт, и за восемь кругов до финиша он шел третьим, но отказал бензонасос. В итоге — финиш дебютантов на шестом месте и разочарование. Слова жены после гонки Уокер запомнил на всю жизнь: «Не расстраивайся, дорогой. В следующем году все получится».
Звездный час
Она оказалась права. В Монако’58 победил сине-белый Cooper-Climax с Морисом Тринтиньяном за рулем. Но к этому времени в активе команды, проводящей второй сезон в F1, уже была победа. Гран-при Аргентины выиграл для Уокера Стирлинг Мосс, одолженный у Vanwall — команда не успела подготовиться к старту сезона.
Они вошли в историю как первые победители Гран-при на заднемоторном автомобиле. Двигатель Climax уступал соперникам 0,5 литра объема, зрители освистали маленькую, похожую на насекомое машинку, но Мосс разгромил Ferrari и Maserati. С неисправной коробкой передач и на шинах, стертых до третьего слоя корда из пяти, он обошел на финише Ferrari Луиджи Муссо на 2,7 секунды!
Следующие три года были звездными. Стирлинг Мосс стал пилотом команды и выиграл шесть гонок. После победы в Монце в 1959-м Энцо Феррари больше никогда не пил Johnny Walker.
Отцом этой знаменитейшей марки виски был прапрадед Роба Уокера…
А победа Мосса в Монако в 1960-м стала первой для автомобилей Lotus. Но все хорошее, как известно, заканчивается. В 1962-м Стирлинг попал в тяжелейшую аварию.
Тяга к перемене мест
Следующие три года основным пилотом R.R.C. Walker Racing Team был Йо Боннье, но время «частников» прошло. Семь очков за три года — яркое тому подтверждение. Суперпилоты спасти команду уже не могли. А других здесь и не было. Ни одного «мальчика с улицы». Только лучшие гонщии!
С 1965-го — Йо «Сеппи» Сифферт. Покрывать дефицит команды из собственного кармана Уокер уже не мог. На помощь пришли друзья. Это они в 1967-м купили новенький Cooper-Maserati. А год спустя Сеппи на Гран-при Великобритании одержал для сине-белых последнюю победу. Он еще блеснул в Мексике, установив новый рекорд трассы.
Номинально детище Уокера просуществовало до 1970 года. Грэм Хилл заработал для Роба последнее в его гоночной истории очко, и половину команды Уокер продал Джону Сертизу. Ни о какой конкуренции с «заводскими» командами речь не шла, все осталось в прошлом.
«Мне всегда доставляло удовольствие побивать большие команды. Но наш успех был не моей заслугой, а прежде всего Стирлинга, Альфа и всех остальных. Мне везло, и я грелся в лучах славы Стирлинга, не более того. Зато на мне лежала громадная ответственность. И, оглядываясь назад, я нахожу смешным, что можно было так легко выиграть Гран-при… Ведь я затеял все это просто из-за страсти к перемене мест в жесточайшей форме».